Кристин всегда жила в бешеном ритме. Она дизайнер, и её имя уже знают в лондонских кругах моды. Сейчас она готовит самый важный показ в своей жизни. Всё должно быть идеально: ткани, силуэты, музыка, свет. Она почти не спит, но это привычно. Главное - успеть.
А потом случилось то, чего никто не ждал. Одна за другой погибли две близкие ей человека. Сначала подруга, потом младший брат. Полиция говорила про несчастные случаи, но Кристин не верила. Внутри что-то надломилось.
С тех пор её начали мучить видения. Она видела лица погибших, только искажённые, чужие. Иногда во сне, иногда просто посреди рабочего дня. Руки начинали дрожать так сильно, что она не могла держать иглу или карандаш. Эскизы получались кривыми, а примерки превращались в кошмар. Она боялась, что всё рухнет.
Однажды вечером в дверь постучали. На пороге стояла невысокая женщина лет пятидесяти с усталыми глазами и старомодной сумкой через плечо. Представилась знахаркой. Сказала, что её позвали. Кристин хотела выставить гостью за дверь, но ноги вдруг стали ватными. Она просто отступила и впустила.
Женщина не стала тратить время на разговоры. Попросила Кристин сесть, положила ладони ей на виски и что-то тихо произнесла. Через минуту дрожь ушла. Совсем. Кристин впервые за много недель почувствовала, как воздух нормально проходит в лёгкие. Она даже заплакала - от облегчения, а не от страха.
Но облегчение длилось недолго. На следующий день видения вернулись, только слабее. Знахарка приходила снова. Каждый раз делала то же самое: несколько прикосновений, несколько слов. И каждый раз Кристин становилось легче ровно на сутки-двое. Она начала ждать этих визитов, как наркоманка ждёт дозу.
Родители Кристин приехали из Манчестера, когда услышали, что дочь почти не выходит из дома. Они сразу заметили странности. Двери, которые открывались сами. Шаги на втором этаже, когда там никого не было. Свет в коридоре, который включался и гас без причины. Мать сказала, что в доме холодно, хотя батареи работали на полную.
Кристин молчала. Она боялась произнести вслух то, о чём думала. Знахарка не просто убирала кошмары. Она словно откупалась от кого-то. Или от чего-то. Каждый сеанс оставлял после себя лёгкий запах мокрой земли и старого ладана. А ещё - ощущение, что в комнате стало теснее.
Однажды ночью Кристин проснулась от звука, похожего на шорох ткани. Она включила свет. На кресле у окна лежало её собственное платье - то самое, главное, для показа. Оно было аккуратно сложено, но все булавки вынуты. А на подоле проступило тёмное пятно, похожее на отпечаток ладони. Очень большой ладони.
Она больше не могла притворяться, что всё в порядке. Знахарка приходила всё чаще, но теперь её глаза выглядели виноватыми. Однажды она задержалась дольше обычного и тихо сказала:
«Я могу прогнать его ненадолго. Но он уже здесь живёт. И он не уйдёт, пока не получит, что хочет».
Кристин спросила, что именно нужно этому «кому-то». Женщина только покачала головой и ушла. На следующий день показ отменили. Официально - из-за болезни дизайнера. На самом деле Кристин просто не могла больше притворяться, что способна работать.
Теперь она сидит в своей огромной квартире в центре Лондона и слушает тишину. Только тишина давно уже не пустая. В ней кто-то дышит. Медленно. Терпеливо. Ждёт, когда она наконец сдастся.
Читать далее...
Всего отзывов
5